Супершпион

Непременный персонаж, а зачастую главный герой любого шпионского романа — ас разведки, хитроумный и неуловимый. Подобные люди существовали на самом деле и появились не сегодня и не вчера — корни тактики шпионажа уходят глубоко в древность, Рим и Грецию античной эпохи, Малую Азию, Индию и Китай…

Еще в древних и античных преданиях не раз упоминаются подвиги разведчиков, сыгравших большую роль в войнах древности.

Невероятно дерзкую диверсию совершила Юдифь, завоевав расположение вражеского полководца Олоферна, а затем ночью обезглавив его и деморализовав его войско предъявлением отрубленной головы их предводителя. Царь острова Итака Улисс (Одиссей) недаром получил прозвище Хитроумного — чего стоит его трюк с троянским конем. Известна история римского лазутчика Гая Муция Сцеволы, который, будучи схвачен этрусками, проявил стойкость при допросе и сам положил правую руку в огонь. Его мужество и отвага глубоко поразили этрусского царя Порсену.
 
Невероятные интриги описываются в «Махабхарате» и «Рамаяне». Герои этих жемчужин индийского эпоса Пандавы, дабы соблюсти свою клятву, долго скитались по отдаленным областям, не выдавая своих истинных имен и происхождения, а затем внезапно предстали перед оскорбившим их Дурьодханой, который отправил их в изгнание и постоянно следил за ними, и объявили ему войну.
 
Действовать тайком и под прикрытием ночной тьмы не брезговали герои «Эдды», «Мабиногиона», а Ричард Львиное Сердце сделал ставку на неуловимых лесных разведчиков — легконогих йоменов Робина Локсли, и не прогадал. Выдающимся разведчиком был Сама-но Куро Минамото Ёсицунэ — младший брат основателя первого сёгуната Японии Минамото Ёритомо. И после того, как между братьями произошла размолвка, Ёсицунэ продолжал ловко и стремительно обходить расставленные могущественным братом ловушки и заслоны. Среди его хитростей — переодевание в монаха, причем его кэрай Мусасибо Бэнкэй исполнял роль его господина, а возлюбленная, не пожелавшая расстаться с ним, — мальчика-послушника. Так они прошли все заставы, несмотря на то что стражникам был дан строжайший приказ с особым вниманием относиться ко всякому, кто походил бы на Ёсицунэ или его товарищей.

Головокружительное впечатление оставляют романы Александра Дюма-отца, повествующие о дворцовых интригах Франции. Дюма знал, о чем пишет, — сам он долгое время состоял агентом разведки бонапартистов. И секреты этой «кухни» знал по личному опыту, так сказать, изнутри. Дюма доставлял дипломатическую почту в период противостояния бонапартистов и роялистов, когда Наполеон находился в изгнании на острове Эльба, и был проинструктирован, как вести себя и какие предпринимать действия в случае обыска или провокационного нападения. Не только собратьями по перу, но и коллегами по рискованному ремеслу приходились ему англичанин Даниэль Дефо и ирландец Джонатан Свифт.
 
Фенимор Купер в своем романе «Шпион» описывает сложные перипетии войны за независимость Соединенных Штатов. В непосредственной близости от английского и американского фронтов, где жили своей неспешной жизнью фермеры и помещики и бесчинствовали банды мародеров и отряды партизан, нередко мало чем отличавшихся от первых, простой пешеход — торговец-разносчик, нищий в лохмотьях, проповедник, — рискуя жизнью, выведывал ценные для своих товарищей сведения и своевременно предоставлял их в штаб. Для американца сознание своего гражданского долга в те годы было настолько глубоко, ведь от этого зависели все его надежды на будущее, что любой, мечтавший о независимости своей страны, недолго думая, отважился бы на смертельный риск и устоял перед любыми пытками.

Шпионы появляются и в рассказах Артура Конана Дойля из цикла приключений Шерлока Холмса — «Второе пятно», «Морской договор», «Чертежи Брюса-Партингтона», «Его прощальный поклон». В других произведениях автора, не относящихся к биографии знаменитого сыщика, фигурируют и агенты разведки царской России. В данных случаях шпион — светское лицо, свободно общающееся с представителями высшего общества и заводящее знакомства среди самых высокопоставленных чиновников, — оказывается принятым в их домах и, таким образом, получает доступ к государственным тайнам, которыми те располагают.

У персонажей произведений Акунина, чьей характерной чертой, как известно, является поистине дьявольское коварство, также есть реальные прообразы. Это, разумеется, работавшая на Германию голландская шпионка Маргарета Гертруда Зелле, известная под своим сценическим псевдонимом «Мата Хари», англичане сэр Лоуренс Аравийский и Сомерсет Моэм. Выдающимся разведчиком в период англо-бурской войны был будущий премьер-министр Великобритании — сэр Уинстон Черчилль.

Женщины-шпионки пускают в ход свое природное обаяние и любовные чары, мужчины зарекомендовывают себя на службе своей отвагой, решительностью, сообразительностью, после чего, отбросив годами создававшийся образ-личину, наносят коварный удар. Черчилль в мундире офицера или в штатской одежде разъезжал по прифронтовым районам и вражеской территории, где мог получить пулю от первого встречного, находил людей, заслуживавших доверия, расспрашивал их о продвижении отрядов неприятеля, местах и времени стоянок, численном составе и вооружении.

Советской разведке уже в первые годы ее образования, когда там служили несколько представителей «старой гвардии», снискавших доверие новой власти, и обучали молодых зеленых ребят — комсомольцев и недавних фронтовиков-красноармейцев, пришлось вступить в нелегкую схватку со шпионами высшего класса. Одним из них был Соломон Розенблюм. Еще в юности он покинул родную Одессу, около десяти лет провел на Тибете и в Гималаях. Затем предлагал свои услуги спецслужбам разных стран. Его завербовала Польша и решила забросить в его родную Одессу, рассчитывая, что там он будет отлично ориентироваться и справится со своими задачами. Превосходно натренированный, феноменально выносливый, обладавший редкостной выдержкой, он был опасным противником для наших молодых чекистов.
 
И всё же служба охраны государственной безопасности молодой советской республики выдержала это испытание.

В те годы разведка Европы нередко внедряла своих агентов в Советскую Россию через польскую и румынскую границы, через портовый город Одессу, а разведка Японии и Северо-Американских Штатов — через Дальний Восток и границы центральноазиатских государств с Сибирью. Шпионы просто покупали секретные документы либо совершали диверсии, а также снимали планы стратегически важных объектов, давая возможность западным военным штабам и руководствам крупных монополий возможность опередить советские организации в строительстве и развертывании промышленности, добычи полезных ископаемых, торговли на важных мировых рынках.

Неоценимые для внешней политики СССР заслуги числятся на счету у Рихарда Зорге и Зои Воскресенской. Они, подвергая свою жизнь опасности, ежедневно выдерживая провокации со стороны контрразведки Германии, Швеции и Японии, постоянно держали советское правительство в курсе всех планов Гитлера и его союзников.
 

 Благодаря этому, хоть Германия и напала внезапно и вероломно, войска и весь советский народ быстро сориентировались и начали сопротивление врагу. Советские разведчики долгие годы жили под чужими именами в дальних странах, ничем не выдавая себя окружающим, об их присутствии в этих странах знали только работники советских консульств, осуществлявшие связь, либо связные, которые под определенной легендой приезжали в эти страны по заданию разведцентра.

Еще одним советским агентом был Рудольф Абель. Под впечатлением от его воспоминаний хорошо знакомый с Абелем Юлиан Семенов создал образ Штирлица в своих романах. Прообразом легендарного литературного и кинематографического героя Майора Вихря стал офицер советской разведки Овидий Горчаков. Этим агентам приходилось вести сложную двойную игру, выстраивая хитроумные комбинации, запутывая и дезинформируя противника, как бы разыгрывая достойную опытнейшего гроссмейстера шахматную партию, ставка в которой — жизнь.

Хорошо известно, что Ян Флеминг приступил к созданию первого романа о приключениях Агента 007 Джеймса Бонда, уже имея за плечами 15-летний опыт работы в той самой секретной службе MI5 (в книгах — MI6). Он сам действовал под шифром 007. Флемингу приходилось действовать наверняка, быстро и решительно, осуществлять дерзкие и рискованные провокации на территории противника сразу после получения инструкций от резидента, которого он до того дня вообще не знал в лицо, — это была новейшая тактика уже обладавшей большим авторитетом английской разведки. После того как Флеминг решил отойти от дел, он уединился на Ямайке.

В бунгало, которое ему предложили по сходной цене, на этажерке в кабинете пылилась оставшаяся от одного из предыдущих владельцев библиотечка, в основном посвященная флоре и фауне Ямайки. Особенно много в ней было сочинений знаменитого в то время профессора Джеймса Бонда — так легендарный шпион всех времен и народов получил имя. В романах «Живи и дай умереть другим», «Шаровая молния», «Доктор Ноу», «На секретной службе у Ее Величества» Джеймс Бонд живет в таком же бунгало на Ямайке. Что интересно — точно такую же недвижимость приобрел и один из исполнителей роли Агента 007 — Пирс Броснан.

Супергерой Стивен Сигал до того, как подался в Голливуд, служил в особом подразделении спецназа, выполнявшем рискованные секретные спецзадания — захват главарей террористических группировок, диверсии, предотвращение терактов, освобождение заложников и т. д. Ему каждый день требовалось проявлять силу, ловкость и меткость стрельбы вкупе с быстротой реакции и умением просчитывать свои ходы и ходы противника на два-три шага вперед. К сожалению, со временем кинематограф стал всё меньше отображать титаническую мыслительную работу разведчиков, гениально разработанные ходы, целью которых было опередить не менее продуманные ходы противника, — всё это уступило крупным и эффектным планам демонстрации в действии шпионских прибамбасов, дракам, стрельбе и взрывам. Хотя подлинная реальная работа разведки ведется обычно тихо и незаметно для глаз посторонних, представляет собой не менее, а подчас и куда более увлекательную тему…