Нежданное счастье

Итак, господа, свершилось! Зажглась, зажглась для России путеводная звезда на тернистом пути нового тысячелетия! Есть теперь и у нас Великая Национальная Идея.
 
Как вы наверняка уже слышали, появился новый манифест – «Право и правда. Манифест просвещенного консерватизма».

Его стародавний предшественник всем хорошо знаком —   «Манифест Коммунистической Партии».  Помните, тот самый, который начинается словами: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма», а заканчивается знаменитым историческим лозунгом: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». Призрак он и есть призрак, встреча и более близкое знакомство с ним обычно ничего хорошего не сулит, но это другой разговор и не сейчас.  А мы вернемся к свежеиспеченному манифесту, потому что уже одно слово «манифест» сразу заставляет нас насторожиться.
 
Автор сего документа — Михалков Никита Сергеевич, президент Российского фонда культуры, председатель Союза кинематографистов Российской Федерации, дворянин, актер, кинорежиссер, бизнесмен, и …. Если я что-то упустила, пусть меня поправят, за такой активной личностью трудно уследить. Суть не в количестве, а в том, что этого набора ему недостаточно — теперь он позиционирует себя, по меньшей мере, как мыслитель, философ и судьбы вершитель. Сразу предупреждаю, что всерьез обсуждать этот манифест я не могу, для этого надо было потратить слишком много времени и усилий, да и неразумно было бы доставлять такое удовольствие его автору. Какое уж тут исследование, когда немногим удается добраться до конца текста за один присест, и это несмотря на  его скромные размеры.  Никита Сергеевич утверждает, что он трудился над сим Манифестом целый год.  Не знаю, много это или мало, тут уж от способностей и задатков сочиняющего зависит. Написан ли лично им сам текст, тоже не знаю.  Несомненно одно — изложенные в нем взгляды, установки, воззрения на самом деле принадлежат Михалкову, так что это его творение. Любой продукт творчества неразрывно связан с творцом.  И поэтому как текст может много рассказать о человеке его сотворившем, так и личность творца придает вполне определенные смыслы элементам текста.
 
Весь манифест состоит из очень даже правильных фраз. Этаких округлых и обтекаемых. Они старательно скомпилированы из конъюнктурных штампов и программ разных партий и общественных движений консервативного, патриотического, центристского и прочего толка за последние 20 лет, а потому безумно скучны. Слышали мы их уже много-много раз. Нельзя сказать, что они особо красивы или просты, но тут уж ничего не поделаешь, красота и простота обычно рядом ходят. Это текст Политического Деятеля, но не Мастера и Художника, каковым себя позиционировал Никита Сергеевич прежде. Очень часто встречающийся набор «мы», «нам», «нас», «наша». Видимо автор уже мыслит себя главой, по меньшей мере, некой партии. Впрочем, само собой напрашивается имя для новорожденной «просвещенно-консервативная партия». Поскольку разных консервативных партий в разных странах мы знаем достаточно много, то все новое содержание должно быть сосредоточено в первом определении «просвещенная».  Это слово тоже настойчиво возникает в тексте и звучит привлекательно.  Его общепринятый смысл: образованный, обладающий высоким уровнем культуры и знаний. Но вот тут возникает некоторая неясность и беспокойство. Есть в попытках растолковать, что представляет собой «просвещенный консерватизм»,  некоторые  слова, вызывающие беспокойство и заставляющие глубоко задуматься. Вот, например, в качестве одного из идейных образцов  нам предлагают государственные реформы …(которые) либерально проводились «сверху» просвещенными государственными бюрократами и консервативно поддерживались «снизу» земскими деятелями и представителями общественности. Несколько беспокоит, какой смысл вкладывает Никита Сергеевич в понятия  «сверху» и «снизу», кого и что он имеет в виду. Пролить свет на этот вопрос могут некоторые черты личности автора текста Манифеста.
 
Начнем немного издалека. Вся многочисленная семья Михалковых, в том числе и Никита Сергеевич, частенько были на виду и на слуху, и знаем мы про них немало. Тут я не могу удержаться и не привести  язвительную эпиграмму Валентина Гафта (поводом послужило членство в Союзе Писателей папы и обоих его сыновей):

«Россия, слышишь странный зуд?
Три Михалкова по тебе ползут.
Ты для чего рвала оковы?
Чтоб размножались Михалковы...
»?

Последние лет двадцать  Михалковы усиленно акцентируют свою принадлежность к дворянству. Действительно. Этот исторический факт имеет место быть. Вот вам ссылка на родословную рода Михалковых
http://ru.wikipedia.org/wiki/Михалков
А вот подробная биография самого Никиты Сергеевича.
http://persones.ru/pages/biography/print.php?id=4866

Несколько слов о его отце

Сергей Владимирович Михалков (1913 – 2009 годы) был внучатым племянником Марии Александровны (дочери императора Александра II). То есть, он был весьма  близким к царской династии представителем рода Михалковых. Конечно, ему сильно не повезло родиться в эпоху сплошных исторических переломов. Но он сумел выстоять и прожить «достойно», если под этим словом понимать небывалое умение приспосабливаться. Вспомните хотя бы трёхкратное авторство гимна с переписываниями в течение более полувека, или многолетнее председательство в Союзе писателей. Оба его сына успешно наследовали этот генетический секрет. Забавный факт и злая шутка судьбы, именно С.В. Михалкову принадлежат вошедшие в поговорку строки: а сало русское едят.

     Мы знаем, есть ещё семейки,
     Где наше хают и бранят,
     Где с умилением глядят
     На заграничные наклейки...
     А сало... русское едят.


Он же сочинил слова к известной песне «Летят перелётные птицы...». Его старший сын, Андрей-Андрон Михалков-Кончаловский, выросши на русском сале, совершил успешный перелет в Лос-Анжелес, где сытнее. 
 
Все эти факты очень хорошо согласуются с дворянством Михалковых. У нас сейчас бытует несколько идеализированное представление о дворянах и дворянстве. Уточним содержание слова «дворянство» справившись в  толковых словарях русского языка и энциклопедиях. Дворянство в России возникло в XII веке как низшая часть военно-служилого сословия, составлявшая двор князя или крупного боярина. В феодальном обществе  существовало две категории слуг.  В отличие от зависимых слуг, занятых в хозяйстве феодала, дворяне назывались «вольными слугами» (служилыми людьми) и находились на полном материальном обеспечении князей, выполняя при них военную, административную, судебную и другие службы. То есть, дворянин без двора (и хозяина  двора, которому он и служит) — бессмыслица. Так что, именно исправное служение хозяину и прослеживается во всей истории рода Михалковых. А что хозяева стали слишком часто меняться — ну, извините, времена такие уж у нас суровые. Нужно еще остановиться на таких понятиях как «благородство» и «знатность», потому что долгое время они были неразрывны и автоматически соединялись с понятием «дворянство».  Со временем происходили изменения в составе дворянства как класса. Эти изменения были вызваны и наследованием титулов по праву рождения (родовое дворянство) и появлением  права «жалованного дворянства».  «Благородство определяется требовательностью и долгом, а не правами. Noblesse oblige [Положение обязывает]. «Жить как хочется — плебейство, благородны долг и верность» (Гете)» (Х.Ортега-и-Гассет, Восстание масс). Поэтому не надо путать личные права и всеобщие права (права человека и гражданина). Последние приобретаются даром, или раздаются (в идеале —  всем поровну) и не требуют усилий.  В то время как личные права завоевываются с бою собственными трудами. И если предка обязывало собственное благородство, то потомков обязывает всего лишь унаследованное. Второй свежести благородство такое получается, так что неудивительно, что оно чем-то не тем попахивает.  Вот и у Никиты Сергеевича очень характерные понятия о чести и благородстве. Произошла однажды с ним такая история.
 
10 марта 1999 г. в Москве в Центральном Доме кинематографистов проходил мастер-класс режиссера Н. Михалкова. Пришедшие на встречу нацболы Бахур и Горшков в знак протеста против политического лицемерия Михалкова закидали режиссера куриными яйцами. Нацболов задержали и избили поклонники Михалкова. После чего Никита Сергеевич подошел к Дмитрию Бахуру, которому скрутили за спиной руки, и публично ударил его ногой в лицо.

Источник информации http://www.shpik.info/narushitel363.html
Видеозапись  происшедшего можно посмотреть тут  www.youtube.com/watch


То есть, охранники под крики пострадавшего тут же скрутили парня, и пока они его держали, потомок дворянского рода Михалковых соблаговолил пнуть ногой в лицо беззащитного человека.  Мельчает дворянство,  однако, как-то не по-барски это, пинаться. Розгами его надо.
 
Учитывая все обнаруженные факты,  становится понятно, кто назван «верхи», а кто «низы» в цитате из манифеста.  Кроме того проясняется смысл требований законности и правопорядка.  Кстати, в полном соответствии с названием наиболее часто в манифесте встречаются слова  «правда» и «право», они даже частенько выделяются прописными буквами. Однако, как любили повторять на Востоке, «Сколько не говори «халва», во рту слаще не станет». Поэтому придавать общепринятое значение этим словам для понимания манифеста не стоит. А вот для понимания авторского намерения имеет смысл учесть это обстоятельство. Такое настойчивое повторение обычно говорит о том, что для автора эти понятия очень значимы, в чем мы только что убедились. Как известно уже не из восточной мудрости, а из нашей российской: «У кого что болит, тот о том и говорит».
 
«Эйфория либеральной демократии закончилась! Пришла пора — делать дело!» — считает Михалков. Вот такое  оно получается понятие «просвещенный консерватизм». Либералы народ тоже высоко не приподнимают, но они его хотя бы за неучей держат. А неуч — это состояние, его и обучить можно. А просвещенные консерваторы нас всех за быдло, похоже,  держат. Быдло — это уже предназначение, не изменяемое и не обсуждаемое.

Одно только непонятно, и зачем для объяснений всего этого понадобилось городить больше полусотни страниц, да еще «Манифестом» обзывать? Можно ведь было прямо и кратко изложить программу партии просвещенных консерваторов: «Почитай авторитет власти и силу. Реформы допустимы только «сверху». Не трогай прошлое. Уважай всех старших, веруй в Бога». Осталось бы только убедить тех, кому такая программа  по душе.